Конспекты по профессионально-должностная подготовка | Правовой уголок офицера

Поиск по сайту

Правовой уголок офицера
Информационный портал для военнослужащих

Стратегия духа. Основы воспитания войск по взглядам А.В. Суворова и М.И. Драгомирова.

31 Октября 2019 19:34

Вопросы:

1. Заветы и воинские правила А.В, Суворова.

2. Система воспитания М. И. Драгомирова.

1

С созданием Петром I русской регулярной армии в первых ее уставах и законодательных актах были заложены основы системы обучения и воспитания воинов. В XVIII веке традиции воинского воспитания Петра I получили дальнейшее развитие в трудах и деятельности прогрессивно мыслящих полководцев и военачальников П.С. Салтыкова, П.А. Румянцева, Г.А. Потемкина, A.B. Суворова, М.С. Воронцова и других. Наиболее весомый вклад в становление и развитие отечественной военно-педагогической школы внес великий русский полководец генералиссимус A.B. Суворов. Сущность его учения заключалась в том, чтобы сформировать у офицеров и нижних чинов русской армии общечеловеческие и собственно военные качества, необходимые для защитника Отечества, при соблюдении уважительного, но вместе с тем строгого отношения к солдату.

Основные свои взгляды на обучение и воспитание войск A.B. Суворов изложил в наставлении «Полковое («Суздальское») учреждение» и в материалах, изданных в 1806 г. отставным майором М.И. Антоновским под общим названием «Наука побеждать».

«Полковое учреждение» было подготовлено A.B. Суворовым на основе первого опыта командования Суздальским полком в Новой Ладоге (1763-1768 гг.) и вышло в свет в 1765 г. А наставление «Наука побеждать» создавалось полководцем уже на основе богатого тридцатилетнего армейского опыта. Наставление состоит из двух частей: «Ученье разводное или перед разводом» и «Словесное поучение солдатам о знании, для них необходимом». Принципы тактики и методика обучения войск A.B. Суворова получили широкое распространение в русской армии. Достаточно сказать, что только за период 1806-1812 гг. суворовская «Наука побеждать» переиздавалась в России девять раз.

Первостепенное значение в обучении и воспитании солдат A.B. Суворов придавал духовной стороне человеческой природы, морально-психологическому состоянию офицеров и нижних чинов. Такой поход являлся следствием его признания «господства духа над материей». Поэтому с особой старательностью он стремился познать и использовать психические свойства человека и во всех своих действиях принимал меры к поднятию духа своих войск, повышению их сознательности. В условиях наемных армий, построенных на основе требований прусского полководца Фридриха II, чтобы «солдат боялся палки капрала более, нежели пули неприятеля», такой новаторский подход A.B. Суворова был необычным для того времени. Великий полководец верил в сознательность русского солдата, его активность и преданность государю. Суворов стремился создать из своей армии не механически укомплектованный аппарат из бездумных солдат, а организм, в котором воля и сознание составляющих его единиц оставались способными осмысленно действовать и стремиться к победе.

Полководец своей военно-педагогической системой доказал способность посредством соответствующих методов воспитания и обучения формировать у воинов высокие боевые качества, развивать у них природные свойства и способности.

Суворов требовал сознательного участия в боевых действиях не только от начальников, но и от солдат. По этому поводу в одном из своих приказов в 1799 г. по вопросу обучения австрийской армии он писал: «Не довольно, чтобы одни главные начальники были извещены о плане действий. Необходимо и младшим начальникам постоянно иметь его в мыслях, чтобы вести войска согласно с ним. Мало того: даже батальонные, эскадронные, ротные командиры должны знать его; по той же причине - даже унтер-офицеры и рядовые. Каждый воин должен понимать свой маневр. Тайна есть только предлог больше вредный, нежели полезный. Болтун и без того будет наказан». Как видим, Суворов требует, чтобы начальники все время на войне, так же как и в мирное время, учили войска, обращаясь к разуму солдата.

В воспитании войск A.B. Суворов первостепенное внимание уделял формированию таких морально-боевых качеств, как бесстрашие, храбрость, мужество, вера в победу. «Солдату надлежит быть, - отмечал Суворов, - храбру, тверду, решиму, справедливу, благочестиву, молись Богу, от него победа». При этом он внушал подчиненным, что эти качества формируются только в ходе напряженной боевой учебы. «Не надлежит мыслить, - писал Суворов в заключительной части «Полкового учреждения», - что слепая храбрость дает над неприятелем победу...» Полководец воспитывал у солдат уверенность в том, что «никто не устоит против русского оружия». «Мы сильны и уверенны в себе», -утверждал он. Но для этого, считал Суворов, необходимо максимально занять солдата службой, боевой выучкой, праздность недопустима. «Праздность», по мнению Суворова, есть «корень всему злу», постоянное же трудолюбие есть основа каждому в совершенстве овладеть своим делом.

Большое внимание A.B. Суворов придавал борьбе с некомпетентностью, как он говорил, с немогузнайством. К этому слову полководец относил все случаи растерянности, нерешительности, суеты, от каких бы причин они не происходили. «От немогузнайки, - говорил он, - много, много беды!»

Заслуга полководца состоит и в том, что он указал пути, средства достижения поставленных целей. Так, важнейшим средством укрепления морального духа войск Суворов считал высокую боевую выучку офицеров и нижних чинов. Поэтому он требовал от них в ходе учений добиваться быстроты, глазомера и натиска.

Другим важным средством воспитания подчиненных Суворов видел личный пример начальников. Он сам старался быть для войск примером во всех делах и поступках и этого требовал от начальников. Полководец являлся примером высокой образованности, много работал над повышением своих знаний и боевых качеств. Неоднократно находился на передовых позициях среди солдат. Известно, что Суворов вместе с солдатами и наравне с ними переносил тяготы походно-боевой жизни, был прост в быту, не чурался солдатской пищи.

От офицеров он требовал и «благородного поведения и полного знания службы», а также чтобы они были во всем примером для подчиненных. Офицер, говорится в «Полковом учреждении», «примером благородного своего поведения, полным знанием службы и попечительным исполнением» своих обязанностей «ободряет и поощряет всякого из своих подчиненных к наблюдению своей должности, содержанию себя в непорочных поступках и делает вообще всех на себя надежными».

Особенно офицер должен был являться примером для подчиненных в овладении военным делом, в строевом обучении (экзерциции). «В начале господам обер-офицерам, - отмечал A.B. Суворов, - должно оную (науку экзерциции) весьма знать и уметь показать, дабы, убегая праздности, подчиненных своих в надлежащее время и часы, чтоб ее не забывали, в ней свидетельствовать и без изнурения подробно изучать могли, так чтобы оное упражнение вообще всем забавой служило». Суворов указывает для офицеров и некоторые пути достижения высоких результатов в боевой учебе. Он говорил: «Будь добрым солдатом, если хочешь быть хорошим фельдмаршалом; тщательно обучай подчиненных тебе солдат и подавай им пример, храни в памяти имена великих людей и следуй их примеру возьми себе в образец героя древних времен и иди за ним вслед, поравняйся, обгони».

Полководец не допускал послаблений при обучении войск, но в то же время советовал молодых солдат нагружать не сразу, а «исподволь их к службе приучать», соблюдая индивидуальный подход, «взирая на каждого особо». Обучать войска он требовал «сколько лишь возможно не утомляя людей».

Важнейшим средством воспитания солдат в суворовской военно-педагогической системе являлось приобщение их к здоровому образу жизни, к чистоте и опрятности. «Солдат дорог, писал автор «Науки побеждать», береги здоровье». Заботу о солдатском здоровье полководец называл «истинным искусством благонравия» и, как никто из военных деятелей прошлого, тщательно разрабатывал правила этого искусства, которые требовали соблюдения «крайней чистоты», в результате чего «больного нигде быть не может, кроме редкой чрезвычайности». Суворов установил личную ответственность начальников всех степеней за сбережение здоровья солдат. «Кто не бережет, писал он, - офицеру арест, унтер- офицеру и ефрейтору - палочки, да и самому палочки, кто себя не бережет». Ссылаясь на собственный опыт, он отмечал, что, «будучи полковником, за пару лет не потерял ни одного человека», поскольку в его полку солдат «не били, а учили каждого как чиститца, обшиватца и мытца», сам командир полка «то делать не стыдился» и «был человек здоров и бодр». От нижних чинов полководец требовал строго соблюдать правила личной гигиены - «мыть лицо, руки и рот, ходить в баню и особливо купатца», а также соблюдать «крайнюю чистоту и опрятность в чистом белье, платье и обуви».

Серьезным стимулом в воспитании солдат, считал A.B. Суворов, является честолюбие. Только воспитанием честолюбия в забитом, униженном крепостном крестьянине можно было пробудить сознание человеческого достоинства, формировать чувство гражданского долга перед Отечеством. Честолюбие являлось тем оселком, на котором полководец правил волевые качества воинов, исправлял нравственные пороки. «Честолюбивый солдат, - отмечал Суворов, - все делает из амбиции и, следовательно, все делает лучше». «Без честолюбия, послушания и благонравия, - писал он, - нет исправного солдата». В Суздальском полку, писал полководец, «всякий имел честолюбие», поэтому полк был хорошо обученным. Воспитывая здоровое честолюбие, Суворов в то же время не терпел честолюбцев, которые по эгоистическим, карьеристским побуждениям могли в бою много людей «перепортить», вызвать напрасные человеческие жертвы.

Незаменимое средство воинского воспитания Суворов видел в доверительных разговорах с солдатами. Такие беседы раскрывали мысли и душу солдата, побуждали его к самовоспитанию. Полководец учил начальников относиться к подчиненным с дружбой, основанной на «искренности отношений и правде в общении». Различие в служебном положении, по его убеждению, не являлось к этому помехой, чему он сам давал хорошие примеры. В то же время Суворов строго разграничивал дружбу и службу, которые, по его словам, составляют «параллель, что никогда не сойдется». Смешение службы и дружбы, говорил он, ведет к фамильярности, а «фамильярное обращение порождает пренебрежение», подрывает воинский порядок. Однако строгое соблюдение субординации и дисциплины, по его взглядам, не служило помехой «общему братству», которое он стремился насаждать в войсках. Суворов поощрял войсковое товарищество прежде всего потому, что оно сплачивало солдатскую массу и позволяло прививать правила взаимодействия и взаимовыручки в бою. Нормой поведения его чудо-богатырей стали правила: «товарищ товарища обороняй», «сам погибай, а товарища выручай».

Важную роль в воспитания офицеров и нижних чинов A.B. Суворов отводил системе поощрений и наказаний. Своих подчиненных он ценил и всегда был щедр на награды за их боевые подвиги, не скупился на выражение им самой сердечной благодарности за службу. Например, в упорном Кинбургском сражении отличились все его участники, за что по нескольким рапортам A.B. Суворова были награждены не только герои: гренадер Степан Новиков, лейтенант Ломбард, храбрый генерал Рек, но и все остальные офицеры и нижние чины, всего 5242 человека.

Полководец находил для солдат ласковые слова, когда был доволен их службой, но никогда перед ними не заискивал. Он шутил с ними, расспрашивал об их подвигах, очень многих знал в лицо и называл их по имени и отчеству, но никогда не переставал быть для них строгим начальником. В то же время Суворов не уважал начальников, считавших ниже своего достоинства поговорить с солдатами и смотревших на них как на низшую породу людей. «Эти господа, - писал он, - понимают дисциплину в кичливости, а субординацию - в трепете подчиненных». Полководец считал дисциплину основой воинской службы. «Вся твердость воинского правления, - писал он, - основана на послушании, которое должно быть содержано свято».

A.B. Суворов был одним из немногих в его годы сторонников умеренности дисциплинарных взысканий. Он считал, что «умеренное военное наказание, смешанное с ясным и кратким истолкованием погрешности, более тронет честолюбивого солдата, нежели жестокость, приводящего оного в отчаяние». «Полковое учреждение» рекомендовало поступать в отношении провинившихся офицеров и солдат «без суровости», наказывать «без жестокости». Особенно оберегал Суворов рекрутов, требуя поступать с ними «весьма ласково» и «беречь от палок». Строгость он допускал только в сочетании с милосердием. «При строгости, - отмечал полководец, - надобна милость, иначе строгость тиранство».

Вместе с тем Суворов допускал в крайних случаях прибегать к жестким мерам наказания провинившихся, в том числе и к телесным. В частности, к мародерам он был беспощаден, считая их разбойниками, которые позорили его «чудо- богатырей», а в чужих краж и русское имя.

Одним из средств формирования у воинов высокого морального духа в военно-педагогической системе A.B. Суворова отводилось религиозному воспитанию. Полководец указывал: «Бог нас водит. Он наш генерал. Командир Суздальского полка добивался того, чтобы все офицеры и нижние чины были активными приверженцами религии, регулярно посещали храм, знали установленные приказами молитвы. В этих целях Суворов построил в Новой Ладоге, где квартировал Суздальский полк, церковь и заботился о достойном ее убранстве. Забота об исполнение чинами полка религиозных обрядов была для Суворова ничуть не меньше, чем об их боевой подготовке.

Содержанию и средствам воспитания в военно-педагогической системе A.B. Суворова соответствовали и принципы воспитания: приоритетность метода убеждения над методом принуждения, единство обучения и воспитания, субординация, неотвратимость наказания и др. Отказ от прусских методов воспитания и переход к отечественным воспитательным традициям, где нравственному элементу, моральному духу отводилась значительная роль, позволила полководцу создать войска, всегда готовые к подвигу и добиться во всех сражениях успеха.

Таким образом, используя достижения петровской эпохи, русские полководцы, и прежде всего A.B. Суворов, существенно обогатили содержание воинского воспитания, его принципы, формы и методы. При этом они всегда учитывали особенности русской армии проникнутой национальным духом великого народа.

2

Во второй половине XIX века значительный вклад в возрождение и дальнейшее развитие суворовской военно-педагогической системы внес видный теоретик и практик военного дела генерал М.И. Драгомиров (1830-1905 гг.).

Следует отметить, что к этому времени в русской армии сохранилось еще немало элементов прусско-гатчинской системы воспитания, основанной на страхе наказания и негативно влиявшей на образование и нравственность войск. Шла постоянная борьба между представителями новых, возрождавшихся суворовских форм и методов воспитания и сторонниками старых, дискредитировавших себя методов, но имевших еще немало своих последователей и влиятельных покровителей в офицерской среде.

По этому поводу М.И. Драгомиров писал: «...0 значении рационального воспитания и образования войск у нас стали поговаривать с конца пятидесятых годов; и суворовская «Наука побеждать» стала известна армии, помнится, с 1862 г.». Главная заслуга Драгомирова состоит в том, что он не только возродил в русской армии традиции суворовского военного искусства и воспитания войск, но и обогатил их новыми ценными идеями, соответствующими духу времени. Драгомиров подтвердил также исключительно важное значение вывода A.B. Суворова о том, что успех на войне и в бою зависит главным образом «от хорошего нравственного состояния войск». Поэтому, по его мнению, армия, воспитанная Суворовым, не могла быть застигнута врасплох, для нее не существовало неожиданностей, она «...отличалась духом такого высокого упорства, что в самых отчаянных положениях не только не падала духом, но не допускала даже мысли, что может не побить врага».

Появление нарезного оружия и как следствие этого рассыпного строя, в котором солдату предоставлялось больше самостоятельности, инициативы, а значит, и его ответственности, повышение чести и достоинства нижних чинов вызвали необходимость изменения форм и методов воспитания. Усиления воспитательной работы с военнослужащими требовала также новая система комплектования русской армии, установленная с 1874 г. Теперь в армейские ряды в большом количестве стали вливаться «воины по обязанности», которые далеко не всегда были довольны новыми обстоятельствами и требовали повышенного внимания и воспитания в соответствующем воинском духе.

В этих условиях значительно возросла роль духовно-нравственных мероприятий и методов воспитания, формирующих сознательное отношение к выполнению воинского долга. Особенно это характерно для последней трети XIX в. «...C введением нарезного оружия, - писал Драгомиров, - изменяются: 1) понятия о характере воспитания солдата 2) понятия об отношениях к нему. Те и другие имеют преимущественно в виду воспитать солдата так, чтобы он вошел в общее тело не изуродованным нравственно и физически, но напротив, укрепленным».

Новая система воспитания, по справедливости названная по имени одного из своих наиболее горячих и авторитетных поборников «драгомировской», принципиально отличалась от прежней.

Это отличие состояло, во- первых, в том, что М.И. Драгомиров исходил из того, что решающую роль на войне играет человек. Он остро полемизировал с теми, кто в изобретении и совершенствовании нарезного оружия видел предпосылки снижения роли человека на поле боя. На основе обобщения опыта последних войн Драгомиров пришел к прямо противоположному выводу: чем совершеннее будут средства вооруженной борьбы, тем больше будет возрастать роль человека, использующего оружие в боевой обстановке.

Во-вторых, цель воспитания М.И. Драгомиров видел в подготовке убежденного, надежного воина, исполняющего свои обязанности не из-за страха, а по совести. «Цель воспитания, - писал он, - выражается в двух словах: нужно, чтобы солдат был надежен, т. е. правдив и исполнял свои обязанности всегда одинаково, как на глазах у начальника, так и за глазами».

Важно было видеть, что в то время как старая система отдавала предпочтение строгости, по преимуществу унтер-офицерской «кулачной» педагогике, новая строилась на умственном и нравственном развитии солдата, на воспитании сознательного отношения к исполнению воинского долга. «...Мы нисколько не сомневаемся в том, - отмечал Драгомиров, - что из двух солдат, - одного проникнутого долгом, но кроме кулака и дубины ничем действовать не умеющего, и другого, владеющего в совершенстве самым современным оружием, но долгом не проникнутого, - всякий понимающий дело предпочтет, не колеблясь, первого последнему».

В-третьих, Драгомиров считал, «что воспитание солдата должно быть поставлено выше образования, и потому должно обращать на себя преимущественное и ежеминутное внимание его руководителей». Вместе с тем он хорошо понимал, что в жизни воспитание от образования не отделяется, это единый учебно-воспитательный процесс. На любых занятиях, в службе, в быту на вопросы воспитания необходимо постоянно обращать внимание и образование должно стать воспитывающим.

В-четвертых, Драгомиров не допускал односторонности обучения и воспитания, как это практиковалось ранее, а выступал за гармоничное развитие воинов. «Для войны, - писал он, - прежде и главнее всего нужен человек цельный, т.е. гармонически развитый».

Педагог-новатор выделял три стороны военного воспитания: воспитание ума и воли, воспитание нравственное и воспитание физическое. Центром всей воспитательной работы, по мнению Драгомирова, должно быть нравственное воспитание. Он считал, что моральный фактор является решающим фактором и от степени нравственной подготовки воинов зависят судьбы войны.

В-пятых, в новой системе воспитания ведущая роль отводилась офицеру. Прежде для солдата офицер был «барин», который только приказывал и воспитанием не занимался. Рекруты за долгий срок службы могли обучаться и чаще всего обучались ратному делу с помощью старослужащих солдат под руководством унтер-офицеров и при скромном участии в своем образовании офицеров.

Теперь условия ратного труда существенно изменились: сроки службы резко сократились, а обучение значительно усложнилось. «При таком положении верно одно: если офицер не сделает, то и никто не сделает». Этот принцип касался и вопросов воспитания. «...В наше время, - писал Драгомиров, - офицер должен много, беспрерывно и без устали работать, если хочет быть достоин своего звания; в наше время он не только военный чин, но и нечто большее: он общественный деятель в гражданском смысле слова, потому что призван играть, и не последнюю, роль в народном воспитании».

В ряде документов, особенно в уставах, приказах военного министра, циркулярах и инструкциях Главного штаба и некоторых других, указывались направления, средства, формы и методы воспитания. В них же определялись нравственные и морально-боевые качества, которыми должны были обладать офицеры, унтер-офицеры и солдаты.

Так, например, в «Уставе внутренней службы в пехотных войсках» (1882 г.) отмечалось: «Каждому воинскому чину надлежит быть: благочестивым, беспредельно преданным Государю и Отечеству и правдивым, беспрекословно повиноваться начальству, быть храбрым в сражениях и терпеливо переносить все тягости, которые подчас бывают неизбежны; присягу же, как основание всех этих добродетелей, хранить свято и нерушимо».

Все непосредственные и прямые начальники обязаны были знать, изучать и влиять на нравственность своих подчиненных. В том же уставе в обязанностях, например, взводного унтер-офицера подчеркивалось, что «он обязан следить за сохранением порядка во взводе, за нравственностью и поведением нижних чинов...». Примерно такие же обязанности в плане воспитания возлагались и на фельдфебеля.

Полнее и конкретнее определялись обязанности командиров подразделений и полка. Например, командир роты должен был «внушать своим подчиненным благоговейную преданность Государю, любовь к Отечеству и уважение к воинскому званию и долгу службы, чтобы, движимый этими чувствами и, памятуя данную присягу, каждый исполнял обязанности свои с полной добросовестностью и правдою, не только на глазах начальников, но и везде, где бы ни находился».

А в обязанностях командир полка из 17 пунктов по общему благоустройству полка 13 прямо и непосредственно определяли его задачи в области воспитания. Например, 7-й пункт гласил: «Он должен внушать подчиненным, чтобы каждый из них обязанность свою исполнял с полною добросовестностью и правдою, памятуя данную клятву служить Государю и Отечеству верно, честно и нелицемерно». Или 8-й пункт: «Он должен как на службе, так и вне службы оставаться начальником всех чинов полка, иметь нравственное на них влияние...».

Медленно, но настойчиво закладывались основы новой системы воспитания военнослужащих, способствовавшей повышению морального потенциала, воинского духа армии. Заметные изменения в этом плане произошли в период военной реформы 60-70-х годов XIX в., а также в последующие годы в связи с усилением внимания к моральному фактору и воспитанию высоких морально-боевых качеств у воинов.

Задача эта решалась в ходе осуществления нравственного, религиозного, воинского и правового воспитания, а также в борьбе с революционными взглядами и идеями, проникавшими в армейскую среду. Центральное место в этой системе занимало религиозно-нравственное воспитание, опиравшееся на сложившийся аппарат морально-психологического воздействия, богатый опыт проведения этой работы и вековые народные традиции.

Другим важным направлением в работе Военного министерства, офицерского состава по повышению морального духа войск являлось воинское воспитание, установление справедливых, гуманных отношений между начальниками и подчиненными, соблюдение прав и личного достоинства всех военнослужащих, в том числе и нижних чинов. Необходимо было возродить одну из лучших традиций русской армии - уважение личного достоинства подчиненных.

Так, самой сильной чертой генерала и офицера екатерининской эпохи являлось бережное их отношение к самолюбию подчиненных. «Ни на словах, ни в приказах, - писал военный исследователь, подполковник Генерального штаба H.A. Морозов, - не позволяли они себе и тени того глумления, того издевательства над офицерами, какое с такой любовью и прибавлением самых плоских острот, стало широко практиковаться в позднейшее время». Начальники того времени слишком серьезно смотрели на свое призвание, чтобы унижать его издевательством над беззащитным подчиненным.

Однако прусско-гатчинская система воспитания коренным образом изменила взаимоотношения между военнослужащими, посеяла между ними рознь, серьезно подорвала дух доверия, благородства и рыцарства, разлагающе влияла на дисциплину, вызывала серьезные опасения у передовых военачальников. «Войско наше блестяще, - отмечалось в докладной записке на имя императора Николая I, - но это наружный блеск, тогда как в существе оно носит семена разрушения нравственной и физической силы. Разрушение нравственной силы состоит в потере уважения нижних чинов к своим начальникам; без этого же уважения - войска не существует. Эта потеря произошла от предосудительного обращения главных начальников с подчиненными им офицерами и генералами: перед фронтом и при других сборах нижних чинов, их бранят, стыдят и поносят».

И далее в записке указывались причины сложившихся ненормальных взаимоотношений между начальниками и подчиненными в армии. «Подчиненный прежней школы воспитывался на доблестном примере начальника, воспитывался в идеях долга и чести, в убеждении, что он служит отечеству; подчиненный новой школы стал воспитываться на страхе наказания, в трепете перед грозной личностью начальника, в убеждении, что он обязан исполнить все его прихоти, даже капризы жены, детей и родни». Поэтому среди офицеров была популярна поговорка: «Чем дальше от начальства, тем лучше».

В ходе проведения воспитательной работы с нижними чинами М.И. Драгомиров рекомендовал офицерам использовать самые разнообразные ее формы: знакомство с отечественной военной историей, участие в культурно-досуговых и спортивных мероприятиях, встречи с ветеранами полка и войн, проведение бесед на военно-патриотические и религиозные темы, изучение военных уставов и др.

Изучение уставов, по мнению Драгомирова, являлось одной из основных форм воинского воспитания. Эту мысль он настойчиво пропагандировал среди офицеров. «Курс солдатского воспитания, - писал он в «Военном сборнике», - представляют уставы: службы внутренней и гарнизонной. Они должны быть усвоены возможно более основательно и, разумеется, более в их сущности, чем в обрядовой стороне. Последней мы придаем серьезное, но не первостепенное значение; и, настаивая на том, что изучение существенных обязанностей должно быть поставлено на первом плане».

Таким образом, М.И. Драгомиров не только возродил идеи и правила A.B. Суворова по вопросам воспитания русской армии, но и развил их с учетом новых требований военного искусства. Педагогическое наследие A.B. Суворова и М.И. Драгомирова и поныне остается актуальным. Благодарные потомки высоко ценят его и настойчиво овладевают наукой побеждать.

Методические рекомендации.

Во вступительном слове к занятию необходимо напомнить, что основы системы обучения и воспитания воинов русской армии были заложены еще в эпоху Петра I. В дальнейшем они получили свое развитие в трудах выдающихся отечественных исследователей из числа полководцев и военачальников.

Приступая к изучению первого вопроса, следует объяснить аудитории, почему многие положения трудов A.B. Суворова стали прогрессивными для его времени, а также почему не все мысли великого полководца относительно построения системы воспитания в армии находили поддержку офицерского корпуса.

Рассматривая второй учебный вопрос, целесообразно раскрыть предпосылки формирования взглядов М. И. Драгомирова относительно системы воспитания в войсках. Стоит подчеркнуть, что работы М. И. Драгомирова в этом направлении стали продолжением и развитием идей А. В. Суворова с учетом появления новых приемов и методов ведения войны.

В заключение необходимо акцентировать внимание на актуальности педагогического наследия A.B. Суворова и М.И. Драгомирова в наши дни, подчеркнуть, что заложенный в нем потенциал можно с успехом применять для воспитания современных защитников Отечества.

Рекомендуемая литература:

1. О долге и чести воинской в армии российской / Под общ. ред. H.A. Панкова. В2-хт. Т. 1.-М., 2009.

2. Суворов - великий сын России. - М., 2000.

3. Стратегия духа: Основы воспитания войск по взглядам A.B. Суворова и М.И. Драгомирова. - М., 2000.

Виктор СТРЕЛЬНИКОВ
кандидат исторических наук, доцент

Ориентир 02 2015


Просмотр

Скачать85 Кбайт


Все документы



Материалы по теме

Краткие сведения о противопожарных водоисточниках.

14 Апреля 2020

1. Краткие сведения о противопожарных водоисточниках.
2. Вода как основное огнетушащ ее средство....

Первичные средства пожаротушения (огнетушители, песок, асбестовые покрывала) и ручной пожарный инструмент. Назначение и их применение.

14 Апреля 2020

1.Первичные средства пожаротушения (огнетушители, песок, асбестовые покрывала) и ручной...

Требования безопасности при разведении костров, при производстве газэлектросварочных работ, правила пожарной безопасности при курении.

14 Апреля 2020

1. Требования безопасности при разведении костров
2. Требования безопасности при производстве...

Алгоритм действия личного состава при возникновении пожара в зданиях и сооружениях различных уровней пожарной опасности. Порядок вызова пожарной команды

14 Апреля 2020

1. Алгоритм действия личного состава при возникновении пожара в зданиях и сооружениях различных...

Назначение пожарных команд, пожарных постов и расчетов. Порядок несения пожарнопостовой службы

14 Апреля 2020

1. Назначение пожарных команд. Порядок несения службы.
2. Назначение пожарных расчетов....



00:00